Четверть века хватило Западу, чтобы изменить вектор: в начале 2000-х Китай называли примером успешного встраивания в мировую экономику, а сегодня включают в число главных противников наряду с Россией. Причину перелома профессор МГИМО и НИУ ВШЭ Сергей Лузянин видит в том, что китайская экономика вышла из роли обслуживающего звена.
Раньше КНР воспринималась западными элитами как мировая фабрика ширпотреба для «золотого миллиарда». Рыночные механизмы в стране рассматривались как инструмент будущего демонтажа политической системы, включая Коммунистическую партию. По расчётам, социалистический Китай должен был идеологически переродиться в капиталистический и стать «китайской Америкой» тайваньского образца.
Технологический сдвиг
Сценарий не сработал. Экономика КНР перестала обслуживать интересы Запада и превратилась в самодостаточную технологическую силу. Как полагает эксперт, именно это и стало реальной основой для смены риторики: от восхваления в 2000-х до зачисления в стан врага и соперника.
Прогноз давления
Ранее The Washington Post писала, что дальнейшие успехи Москвы и Пекина могут создавать риски для Вашингтона. На этом фоне западные государства, по оценке Лузянина, продолжат ужесточать курс в отношении КНР.
